Джек и Джилл

Из этой тишины Луиза Мэй Олкотт выстраивает целую деревню. Джек медленно поправляется в уютных комнатах своей матери; Джилл лежит в бедной материнской лачужке, и рана её — больше в совести, чем в теле. Смекалистый Фрэнк протягивает между двумя домами бельевую верёвку — настоящий телеграф, по которому туда и обратно снуют записки, гостинцы и рисунки, а вокруг больных толпятся друзья: бойкая Молли Лу, мечтательная Мерри, милолицый Эд Девлин. Длинный луч света тянется из большого дома через тёмный двор к маленькой лачужке — один дом бережёт другой.

Мудрая миссис Майнот говорит об этом лучше всех: боль и печаль показывают нам, как крепко мы любимы, сколько доброты в этом мире и как легко мы можем осчастливить других. Рождество превращает обыкновенную комнату в сказочный сад из вьюнков и вечнозелёных ветвей, за окном звонят церковные колокола, и на детей нисходит тишина. А самодельный телефон из натянутой бечёвки обращает детскую ссору в маленький обряд прощения.

Сквозь эти страницы проходит медленный, терпеливый труд двух гордых детей, что учатся мужеству, которого не требовали от них никакие санки. Дверь распахнута в деревню, где выздоровление становится общим делом для всех и где грядущие сезоны сулят больше взросления, чем каждый из них ожидает.